Единственная. Марионетки

* * *

Марионетки

* * *

Я росла в очень уважаемой семье. С детства Моим воспитанием занимались лучшие педагоги. Меня обучали языкам, игре на музыкальных инструментах, ну и, конечно, учили правильно созерцать мир.

Правда не на того напали. Я откровенно не понимала, чего от Меня хотят.

Не подумайте, Я не даун и уж тем более не имбицил. Просто Я все вокруг переворачивала с головы на ноги, а Мне говорили, что Я переворачиваю все с ног на голову.

Ну что же тут скажешь… люди — странные существа.

Совсем забыла представиться: каждый раз удивляюсь, но Я — человек. Такая же, как и другие девять миллиардов людей, населяющих эту «крохотулечную» планетку… а может и не такая же.

Зовут Меня Эго. Похоже на момент Моего рождение словарный запас Моих родителей приблизительно совпадал с запасом слов «людоедки Эллочки».

Меня всегда умиляло Мое уменьшительно-ласкательное имя — либо «Эээ» либо «Эги».

А если точнее, то «Эээ» Меня называли только тогда, когда Я что-то не то делала. Звучало это так: «Эээ, ты чего творишь?!».

Вообще, Я очень красивая девушка. По крайней мере в зеркале: по той причине, что вижу Я Свою миловидную персону только в зеркале, а уж решать верить ему или нет — совершенно бессмысленная трата времени.

Понятие «скромность» Мне, конечно, не известно. А уж про совесть Я вообще не говорю.

Сейчас Мне 5841 день. Родилась Я 35 мая. Мало кто понимает как узнать сколько Мне лет, когда Я так говорю. Но, по-моему, легче этого ничего нет.

Однажды Я поехала в планетарий. Там были тысячи людей и, когда в зале выключили свет и открыли купол, Я увидела ужасающую картину: в свете звезд люди потеряли свои лица. Теперь это были безликие черные силуэты.

Но самым страшным было то, что от их рук, ног, головы отходили тонкие нити света, поднимающиеся к этим звездам.

Я подумала что сплю и решила ущипнуть Себя за руку, но увидела еще более жуткую картину: из Моих рук (буквально!) росли такие же нити света и тоже тянулись вверх. Я наклонила голову и почувствовала легкое натяжение в районе затылка. Было такое ощущение, что кто-то тянул Меня за волосы. Из ног также росли нити.

Я решила не паниковать раньше времени, рассчитывая на то, что это просто сон, навеянный красотой звездного неба, и осмотрелась.

Я увидела как нить света, растущая из руки маленького силуэта (скорее всего ребенка), дернулась вверх вместе с рукой.

— Мам, смотри какая звездочка! А она настоящая? — детский голос исходил со стороны этого ребенка, а значит и говорил он.

— Конечно, зая, потише! — нити, тянущиеся из силуэта женщины сделали так, что женщина повернула голову к ребенку и положила ему на голову руку.

Я в ужасе закричала:

— Что происходит?!!!

На Меня зашикали: «Тише, тише».

Я ничего не понимала… закрыла глаза, но на сетчатке глаз отпечатались эти же световые нити, правда, уже без силуэтов.

Тогда Я решила использовать древний метод ухода: «расслабила» мозг и выкинула из головы все мысли. По телу прокатила теплая волна, и Я почувствовала, что от Меня что-то отрывается.

Когда ощущения прекратились, Я открыла глаза.

Я висела в простом белом пространстве.

Это Меня совершенно не удивляло, ведь подобные перелеты в иные реаллюзии Я устраивала чуть ли не каждый день. И теперь Я просто стала думать.

«Что же случилось? Может Я просто устала? Вроде бы нет… трудно устать от лежания на диване и поедания креветок. Что же это?»

— Ну а как Я думаю? – казалось, со Мной говорит сама пустота, в которой Я пребывала.

Это был Мой очень хороший друг по имени Аркула.

Вообще этот тип – Мое Сознание и Моя галлюцинация по совместительству. Аркула знает все на свете и утверждает, что Я это тоже знаю. Я этому не верю — каким образом Я могу знать наизусть поэму «Реквием», если Я ее всего один раз в жизни видела?

От неожиданности Я чуть не рухнула и долго болтала руками, пытаясь удержать равновесие, пока не поняла, что падать-то, собственно говоря, некуда, да и нечему.

— Совсем с ума сошел? Ты хотя бы предупреждай, когда говорить начинаешь, Я же тебя не вижу! – рявкнула Я в пустоту.

Аркула засмеялся:

— Ну Я даю, чукча! Каждый день в зеркало смотрюсь и еще что-то тут про «Я тебя не вижу» говорю…Я бы лучше сказала, что «Я Себя не вижу» — было бы логичней! — выдавил он из Себя сквозь смех.

— Хватит Мне тут песенки Свои петь! Я вообще с тобой не разговариваю! Я тебя, если ты не забыл, еще не простила! – прорычала Я.

— О Я!!! За что Мне это? – горестно вздохнул Аркула, — Я вот тут подумало: почему Я вижу Себя только в зеркале, а? Как Я думаю?

От такого интересного вопроса Я даже забыла, что не разговариваю с Аркулой.

— Ну, наверное, потому что у Меня глаза так неудобно устроены!

Пространство сотряслось диким хохотом:

— Ха-ха-ха… кхм, – кашлянул Аркула, останавливая этот порыв, — интересная идея. Глаза у Меня, оказывается, неудобно устроены!

— Что смешного? – Я недоуменно приподняла брови.

— Смешного? Ровным счетом ничего! Просто захотелось посмеяться. Посмотри. – Аркула перешел на шепот, как будто рассказывая, какую-то государственную тайну.

— А на что Мне смотреть? На пустоту? Что ж, очень интересно, а главное… ммм… пусто! – неуклюже сострила Я, пародируя шепот Аркулы.

— Ну конечно, если Я ничего не хочу видеть, значит, ничего и не увижу! – не выдержал Мой невидимый друг.

— Ну ладно, — лениво сказала Я, — Я хочу увидеть планетарий.

Ничего не случилось.

— Ну и что? По-моему, Я по-прежнему ничего не вижу кроме белого пространства! – скрипнув зубами, сказала Я.

— Вообще-то Я сказало, что Я должно захотеть увидеть, а не делать одолжение Самой Себе! Ведь Мне интересно, что же случилось в планетарии!

— Вовсе нет! – крикнула Я, но почувствовала, что Аркула прав, — ну, если честно, да! Я хочу увидеть планетарий.

Сразу же подо Мной образовался планетарий. Самое странное, что Я висела над ним и из каждого пальца Моих рук (у Меня их оказалось целых шесть) вниз спускались нити света. Те самые нити, которые Я видела тогда.

— Присмотрись, ничего не узнаешь? – в голосе Аркулы слышалась улыбка.

Я внимательно взглянула на людишек, к которым тянулись Мои нити и увидела… Себя!!!

Я в шоке рванула руки вверх, чтобы ощупать лицо, но совсем забыла про нити и люди подскочили в воздух, как марионетки в кукольном театре. Я сразу опустила руки, и марионетки опустились на свои места. Казалось, никто не заметил, что только что подлетел в воздух.

Я испуганно спросила Аркулу:

— Аркаш, это что?

— Это Мои куклы. Я ими управляю! — хитро проговорил в ответ голос.

— Я это и так поняла! Что там делаю Я? И почему Я еще и здесь?

— Няшка, было бы логичнее, если бы Я спросила, что делаю еще и там! Так вот, предвидя этот вопрос, Я сразу на него отвечу: это Мое тело! Я никогда не думала, что когда переношусь в Пустоту, Я переношусь туда не телом, а Сознанием? – голос начал менять тембр.

— Ты же Мое Сознание. Ну, по-крайней мере так говоришь! – ответила Я, еще мало что понимая.

Голос Аркула окончательно изменился и стал Моим:

— Так Я и говорю с Собой!

Только сейчас Я осознала, что эту фразу произнесла Я, а не Аркула.

— У Меня раздвоение личности, что ли? — с ужасом спросила Я.

— Какая Я смешная! Конечно, ведь Я и Разум и Сознание! А раздвоение личности – кратчайший путь к душевному равновесию! Это, кстати, я написала, – засмеялась Я же.

-Ну а можно процесс общения с Собой сделать более, как бы сказать, более единым? — тихо спросила Я, не надеясь на положительный ответ.

Отнюдь, Я ответила Себе:

— Мое право. Мне достаточно только захотеть и все готово!

— Тогда… Я хочу, чтобы общение в вопросно-ответной форме происходило в качестве мысли.

Ничего не случилось. Мой голос по-прежнему вырвался у Меня изо рта:

— Я хотя бы сама поняла, что сказала?

— А что Я не так сказала?

— Здесь и так все общение с Собой происходит в качестве мысли!

— Ой, точно. Тогда Я хочу общаться с Собой в Своей голове! – вполне довольная Собой, сказала Я.

Мой ответ сразу развеял это самодовольство:

— А у Меня голова есть? Я-то думала, что она осталась внизу…

Я взглянула вниз и уставилась на Свое тело.

— Ну и чего тогда делать? Как же Мне с Собой общаться?

— А Меня этот метод не устраивает, что ли?

— Ну, если бы мы общались как раньше, было бы удобнее, — пробормотала Я.

-Ура! Да здравствую Я! Долетела все-таки! – голос уже не вырывался у Меня изо рта, а снова был где-то в неопределенном пространстве. Хотя, голос остался по-прежнему Моим.

— И чего буду теперь делать?

— Ну, знаешь ли, глупее вопроса в жизни от Себя не слышала! Жить и давать жизнь другим! – сказал голос.

— Хм. А Я права. Так… эта ниточка для рук. Эта для ног. Эта для головы. А где для голоса?

— С каких это пор говорят по ниточкам? – в голосе в который раз звучала усмешка.

— Мне что —  за всех говорить?

— Зачем за всех? За Себя… и за стоящего рядом с Моим телом персонажа!

— Логично. Я же не могу воспринимать речь сразу четырех людей…

Длительное время Я разбиралась с техникой управления марионетками. Теперь предстояло разобраться со сменой декораций.

— Ну, это самое простое. Надо просто представить мысленно нужное Мне место. И, главное, нельзя забывать, что Мой главный объект – Мое тело! Я же не хочу очнутся в чужом теле?

— Ух ты! Круто! Конечно, хочу! – воскликнула Я.

Далее Я вдоволь наигралась куклами и решила вернуться в Свое тело.

Закрыла глаза, и когда почувствовала, что нахожусь в Своем привычном теле, открыла глаза.

Я сидела в планетарии, вокруг Меня шептались люди.

Я почувствовала умиление, когда поняла, что эти люди — особенно сидящие справа от Меня мама и брат – маленькие миленькие куколки!

Вздохнув Я продолжила наблюдать за звездами, зная, что где-то сверху Я же смотрю на Себя же и дергаю за ниточки этих людишек, а они Мне покорно повинуются.

Марионетки Единственная рассказ на сайте Солипсизм.Ру

Л. М. Л. (Единственная). Марионетки. 2010. Бумага, карандаш, ручка.
Государственная Солипсическая галерия им. Меня, Санкт-Солипсистбург

* * *

Я постепенно сживалась с ролью кукловода.

Больше месяца прошло до того времени, когда Я освоила все нюансы управления марионетками. Конечно, Мне очень помогало Сознание, носившее имя «Аркула».

Каждую ночь Я проводила в «мастерской» — пустоте, в которой Я писала сценарий для кукол и зарисовывала декорации. Когда наступало утро, Я возвращалась в мир-театр и играла в нем Свою роль. Одновременно Я находилась в «мастерской» и управляла оттуда Своим телом и восприятием.

Получалось, что Я была и кукловодом и персонажем. Такое своеобразное «раздвоение личности»…

Каждый Мой сценарий имел счастливый конец. Но почему-то это счастье не воплощалось в жизнь.

Я ходила среди серых, мрачных людей. Солнце исчезло с неба. Даже трава была какой-то завядшей, а ведь декорации Я рисовала солнечные и яркие. Лица людей, по задумке, должны были светиться улыбками, но их не было.

Я шла домой из школы, и мрачный внешний вид Моих кукол навеивал страшные воспоминания детства:

Мне 11 лет.

Я вышла из класса в ярко-освещенный коридор, и ко Мне подбежали двое одноклассников — это были Моя лучшая подруга Юля и ее дружок Колян.

Сердце Мое екнуло от предчувствия «взбучки». Я попыталась убежать, но Колян схватил Меня за волосы и повалил на пол.

Раздался взрыв хохота – это весь класс обступил посмотреть, как бьют «выскочку». Юля показала всем Мой дневник и начала его рвать. Я тщетно попыталась отобрать Свой дневник, но в ответ получила сильнейший удар по голове. Из глаз посыпались искры и яркий свет померк. На несколько мгновений Я потеряла способность сопротивляться и за это время Мои одноклассники разорвали все Мои учебники и тетради. Когда Я, уже в шоке, попыталась собрать все обрывки воедино (Я не понимала, что делаю), они стали бить Меня и плевать в лицо. И так продолжалось, пока в коридоре не появился наш классный руководитель. Едва завидев его, они бросились врассыпную…

Я сидела на полу, судорожно прижимая к Себе порванный рюкзак, на который капала кровь из носа, и рыдала.

Но самое страшное случилось, когда подошедший ко Мне классный руководитель тихо произнес: «Сама виновата. Тебя же предупреждали!»

Эти слова Я запомнила на всю жизнь. В тот далекий день Я вернулась домой вся в синяках и легла спать. Я спала, пока не пришла Моя мама. Я боялась рассказать ей про то, что случилось, и сказала, что просто споткнулась. Конечно, мама Мне не поверила, но она и не могла ничего сделать.

Такие побои продолжались до тех пор, пока Я не перевелась из этой страшной районной школы в гимназию. Там Меня уже никто не бил и даже приглашали в свои группы, но Я дико боялась всего и на переменах стояла где-нибудь в уголке, стараясь не обращать на Себя ничьего внимания.

Затем пришло время, когда Я уже практически не испытывала страха перед людьми, но по отношению к каждому человеку Я ощущала лютую ненависть. Ведь если бы Меня наказывали за дело, это было бы понятно, но Меня били только за то, что Я «ненормальная», то есть не такая, как они.

И сейчас люди снова перестали Меня понимать. И с этим что-то надо было делать…

Я, конечно, не нашла ничего лучше, чем вернуться домой, нахлебаться психотропиков и лечь спать, в надежде на то, что под их действием Я стану такой же, как и другие люди.

Все тело сжалось, и по нему прокатила волна напряжения и боли. Я захотела проснуться и открыла глаза.

Я находилась в безвоздушном самосветящемся пространстве… в Своей «мастерской мира». Теперь Меня это удивило, ведь, как правило, Я попадала сюда только по собственному желанию.

Самое странное, что из Моих рук больше не росли нити, и в руках не было альбома для записи сценария.

Я просто была… существовала в этой самосветящейся пустоте.

Была только Я и… Аркула.

Я в свое время пожелала, чтобы у Аркулы было тело, и Мое желание исполнилось. Его тело, словно тело Тома и других жителей Марса из «Марсианских хроник» Брэдберри, меняло внешний вид в зависимости от Моих желаний. Например, если Я в  глубинах Сознания (подсознании) очень хотела увидеть определенного человека, то Аркула принимал его обличие, говорил его голосом и в точности копировал манеры этого человека. Но, к Моему величайшему счастью, его можно было отличить от обыкновенного человека по одной особенности – змеиный глаз. Вертикальный зрачок, который расширялся, когда Аркула был доволен и сужался, когда дело обстояло наоборот, казалось, проникал в самые далекие закоулки Моей души.

Вообще, так считать было глупо, поскольку Аркула был Моим Сознанием и в любом случае знал все, что знаю Я… а точнее, Я знала все, что знает он.

Сегодня он принял облик очень милого существа с открытой черепной коробкой, из которой выглядывал мозг, испещренный извилинами. Да знаю, звучит ужасно, но на самом деле ничего тут страшного нет. Один глаз был, как обычно, змеиным, но сегодня он отливал изумрудным оттенком. Второй же глаз отличался от обыкновенного человеческого только красноватым отливом, как у альбиносов. Аркула был жутко костлявым, с невероятно длинными пальцами (сегодня у него их было только по три на каждой руке).

Я демонстративно отвернулась и всей душой пожелала, чтобы появилась хоть какая-то поверхность и Аркула исчез. Поверхность появилась. Светло-голубая, и, по ощущениям и внешнему виду, стеклянная. А вот Аркула не исчез. И Я решила его игнорировать. Я села посередине этого бесконечного пространства в позе эмбриона, чтобы легче было думать, и обхватила колени руками.

— Ну и зачем Я это сделала? – спросил Аркула, сев рядом со Мной и потирая свой симпатичный мозг.

Мне невыносимо захотелось прибить Аркулу, но Я ограничилась только этим намерением и мысленным матом в адрес этой назойливой «мухи».

— Убью Себя прямо сейчас? Или дам несколько минут, чтобы составить эпитафию? – засмеялся Аркула.

— Отвали, Моя черешня… — недружелюбно отозвалась Я, демонстративно отвернувшись.

— Если Я люблю черешню, то она любит Меня… — мягко сказал он, дотронувшись до Моего плеча.

Я совершенно не поняла смысл этой фразы, но она растопила Мое сердце. И Я тихо, словно боясь, что кто-то это услышит, сказала:

— Аркаш, Я ненавижу людей. Они – жестокие. И Я больше не хочу быть Богом… просто хочу попасть в небытие…умереть…Я понимаю, что это невозможно, но все-таки…

Аркула молчал. Я повернулась и взглянула ему в лицо. На лице без единой тени застыло выражение полуулыбки-полускорби. Его змеиный зрачок стал узким, а это значило, что он очень недоволен. Он смотрел на Меня так, будто хотел просверлить во Мне дырку.

— Ну и чего ты молчишь?

— Вот смотрю на Себя и поражаюсь, насколько Я обделило Разум разумом!!! – вздохнул Аркула и убрал свою руку с Моего плеча.

— Давай без сарказма! Ты же все знаешь, вот и объясни Мне, какую ошибку Я допустила! – рявкнула Я так, что Аркула подскочил на месте, и его мозг едва не вылетел за пределы черепной коробки.

— Во-первых, не обязательно так орать. Во-вторых, Я хочу знать ошибки? Думаю, Я — Разум и должна знать сама! – совершенно спокойно ответил Аркаша, поправляя свою красоту, хотя выражение лица, совершенно противоречило тону.

— Ну не обижайся, — Я сразу сбавила обороты, — просто Я не могу понять, что же не так! Каждый раз, когда Я пишу сценарий, Я создаю счастье, но воспоминания не дают этому счастью сбыться. Они, словно, ставят блок на Мои задумки. Получается, что Я хочу создать утопию.

— Это не воспоминания, а чувства…

— Да, ты прав, чувства. Ведь, как Я поняла, эти нити светятся при передаче энергии, настроения и чувств, – сказала Я, посмотрев на руки, в ожидании увидеть светящиеся нити, растущие из Моих пальцев. Я вспомнила, что когда Мой главный персонаж (тело) спит, то нити перестают светиться. А это значит, что персонаж перестает чувствовать.

— Именно, – улыбнулся Аркула и его зрачок стал постепенно расширяться.

— Но Я не могу совладать со Своими чувствами!!! – заорала Я неожиданно для самой Себя.

— Спокойствие, только спокойствие. Вдох, выдох. Не нервничай. Я опять позволяю чувствам брать верх, – сказал Аркула голосом Кашпировского, копируя выражение лица этого «гипнотизера».

— Боже, не надо так делать, — нервно сказала Я и стала расхаживать по стеклянной поверхности, — ты же знаешь, что он негативно влияет на Мою психику… Понимаешь, Я слишком много получала от этих существ по «репе», что бы не испытывать ненависть к ним.

— Милое Мое создание, Я права – Я Боже… Сколько раз повторять – все эти люди, животные, даже декорации – все это Я сама!!! Я ведь создаю Мир внутри Себя! – воскликнул Аркула.

— Ты хочешь сказать… — сказала Я, даже остановившись от неожиданной мысли, пришедшей Мне в голову.

— Да, — перебил Меня Аркаша, — Я хочу сказать, что, ненавидя других, Я ненавижу Саму Себя!

— Нет! — отказалась Я верить в эту чушь, — Я люблю Себя, но не люблю это сборище быдла!

— Не нет, а да! Кто создал это, как Я называю «сборище быдла»? Я! Кто пишет для них сценарий? Я! Кто управляет ими? Я! А Я в ответе за тех, кого приручила! – горячо воскликнуло Мое Сознание.

Я категорически отказывалась в это верить. «Нет, такого быть не может!» — отвечала Я своим мыслям, хаотично носящимся у Меня в голове.

Но Я решила все-таки разобраться в мотивации этих слов Аркулы. Он же никогда не лгал, мало того, он говорил только ту правду, которую знала Я.

— Хорошо, Аркаш, с чего ты это взял? – спросила Я его деланным спокойным голосом и снова стала расхаживать по пространству, нервно почесывая руки.

Аркула вздохнул, сел в позу лотоса и начал Свою излюбленную психотерапию:

— Я сама отвечу на эти вопросы. Меня сейчас бьют?

— Нет! Но мама и другие не позволяют Мне быть Самой Собой! Я должна подстраиваться под определенные нормы, установленные этими людьми! А Я не хочу… Я не такая, как они и не хочу быть такой же! – высказала Я Свою главную проблему.

— Милое Мое Я, еще раз повторю – нормы установила Я. Люди не способны на какое-либо действие. Есть только Я и Моя воля, и только Я решаю, каким нормам существовать, а на какие устанавливать табу! А что хуже? Воспоминания и чувства, идущие из прошлого, или то, что Мне не позволяют быть Собой?

— То, что Мне не позволяют быть Собой. А воспоминания обостряют ситуацию! — горячо воскликнула Я.

— Ага, значит, ненависть идет из воспоминаний? – совершенно нелогично спросил Аркула. Вообще, он очень любил задавать ниоткуда не шедшие вопросы. Просто задавал и считал их вполне обоснованными.

— Похоже, – хмыкнула Я.

— Так, уже проще. Давай разберусь с тем, что обостряет ситуацию. Это, вообще, когда было?

— Мм, три года назад, по-моему, — тихо сказала Я, пытаясь припомнить точную дату.

— Три года?! – закричал Аркула так, что Я от неожиданности подпрыгнула, — и Я до сих пор об этом помню?

— Ты бы тоже запомнил!

— Ха-ха-ха, Я и так помню! Если я не забыла, то Я это Я! Просто в несколько иной конфигурации, — засмеялся своим жутким смехом Аркаша, — ну ладно, Я никогда не задумывалась, что Я сама – королева Своих мыслей и воспоминаний?

— Нет, вроде бы… подожди, ты хочешь сказать, что Я сама Себе больно делаю? – высказала Я Свои мысли, которые, на самом деле, уже давно крутились у Меня в голове.

— И Я это знала всегда! Просто, согласись, хочется, чтобы иногда пожалели, а если некому жалеть, то, значит, Я сама Себя жалею. Но Я никогда не задумывалась, что жалеть-то некого. Не мысли же Свои жалеть, а?

Я вздохнула и уставилась в пустоту. Кстати, в пустоте легче думать, так как глаза ни на чем не фокусируются. Но Мой взгляд, словно магнитом, потянуло к Аркуле.

Он стал менять внешность и вскоре превратился в Меня, но со Своим змеиным глазом. Теперь зрачок был, практически, во весь глаз, и Я поняла, что ответ пришел.

— Знаешь, а ведь Я – дура! – улыбнулась Я.

— Что Я! Я не дура… просто иногда туплю немного, — подмигнула Я Себе.

— Все-таки Я люблю Себя. А если Я люблю Себя, значит, я люблю все, что есть во Мне, то есть весь Мир!!! А теперь Мне пора… а как Мне вернуться?

Я захотела увидеть Себя и увидела. Прямо подо Мной, сквозь стеклянную поверхность Я увидела Себя спящую в кровати. Свет от уличного фонаря освещал через окно Мое тело, и было видно, что оно скручено, словно бы, сильной судорогой.

— Очень просто. Проснись и все!

— Я сплю? В такой жуткой позе?

— А Я думала, что от трех таблеток умерла? Просто у Меня будут небольшие проблемы со здоровьем, потому что смешивать их было нельзя… а так: Я просто сплю! – засмеялась Я (Аркула).

— Ну ладно, пока, дружок!

— Я еще встречусь с Собой. Уже завтра Я составлю новый сценарий для жизни! А сейчас Я раздвоюсь, и буду управлять Миром, и жить в нем параллельно! Кстати, возьмем за основу старый сценарий? – весело спросил Меня Аркула в Моем обличие.

— Давай! Теперь-то он должен быть красивым! – так же весело ответила Я и закрыла глаза.

Я почувствовала дикий холод.

С трудом открыла глаза.

Я лежала на полу на левом боку, абсолютно голая и накрытая только пледом, а кто-то держал Меня за руку и считал пульс. В поле зрения находились ноги в синих штанах и открытый оранжевый чемодан. Я сразу поняла, что это Скорая.

— Очнулась! Ты как?

Я с трудом попыталась сказать что-то, но челюсти болезненно сжались.

Я смогла только промычать:

— Моммална! – вообще Я в любом случае говорила «нормально»… это была Моя любимая отговорка, чтобы не объяснять как Мне плохо.

Оказалось, что из-за непозволительного коктейля лекарств у Меня начались судороги, и пришлось вызвать врачей. Мне что-то вкололи, и Я постепенно стала приходить в Себя. Вот так иногда выйду из Себя, а потом сразу и не войду…

Вскоре они уехали, а Я уже пыталась ходить. Через боль в мышцах Я встала и подошла к окну: солнце слепило в глаза. Я только сейчас заметила, что уже вовсю цветут одуванчики, черемуха и сирень. А по улицам ходили счастливые, улыбающиеся люди. Люди с лицами… Люди, которых Я любила так же, как и Себя, ведь они и есть Я.

Я улыбнулась и пошлепала к маме в комнату.

Она Меня обняла и тихо сказала:

— Зайчик, никогда так больше не делай!

Заплетающимся языком я ответила:

— Мам, Я просто хотела сделать тебе приятно и стать такой же, как и нормальные люди.

Она взяла Меня за плечи и взглянула Мне в глаза. Ее карие глаза, также как и глаза Аркулы, освещали весь бездонный «колодец» Моей души и согревали ее.

— Эги, я никогда не просила, чтобы ты стала такой же! Я же раньше разрешала эти проявления твоей индивидуальности, просто тебе надо было улыбнуться! Ты все время ходила, мрачнее тучи. Ведь Я хотела только одного – чтобы ты была счастлива, а ты упивалась жалостью к самой себе.

И только при этой фразе Я поняла, что на самом деле, никто не обострял никаких ситуаций, а что Я просто жила прошлым и ненавидела не других людей, а Себя. Ведь Я сама Себя делаю и, значит, и боль для Себя создаю тоже Я!

К вечеру шевелиться стало намного проще, и Я выбежала на улицу. Голова была заполнена каким-то туманом, но Я все равно носилась по двору и вдыхала в Себя аромат цветов, чей запах Я не чувствовала до сегодняшнего дня. Был слышен громкий хохот детишек, которые носились друг за другом на велосипедах. И люди, гуляющие вокруг Меня, улыбались Мне, а Я улыбалась им в ответ.

Я была счастлива, и природа разделяла Мое счастье:

Когда стемнело, Я впервые за очень долгое время увидела звезды на небе. Они подмигивали Мне и исполняли какой-то дикий танец, кружась вокруг полной луны и прыгая по иссиня черному небу. Зрелище было фантастическим и завораживающим.

Только после полуночи Я вернулась домой, легла в постель и перенеслась в Свою мастерскую. Там Меня уже ждал Аркула в образе того же бесчерепного парня и первая его фраза была:

— Вот вижу, вроде бы тот же сценарий, а уже и не таким мрачным выглядит. И только потому что Я полюбила Себя и все Свои проявления! Ну что, буду дальше творить?

Я засмеялась счастливым смехом и сказала:

— Хватит прохлаждаться! Приступаем!…

17.05.10, 18:32

Л.М.Л.

Google Buzz Vkontakte Facebook Twitter Мой мир Livejournal Google Bookmarks Digg I.ua Закладки Yandex